Сегодня должники всеми правдами и неправдами пытаются скрыть имущество от судебных органов, фиктивно отчуждая его либо оформляя на своих родственников. Поэтому целесообразно наделить арбитражного управляющего правом запрашивать и получать сведения из загсов не только о фигуранте дела о банкротстве, но и в отношении его близких. Это поможет более интенсивно пополнять конкурсную массу ликвидным имуществом и возмещать людям и организациям нанесенный ущерб. Такой законопроект будет внесен в Госдуму после парламентских каникул в наступающем, 2024 году. Об этом «Парламентской газете» сообщил автор инициативы сенатор Артем Шейкин.
Право есть, порядка нет
Должники с каждым годом шлифуют методы ухода от выполнения своих обязательств, в том числе переписывая имущество на своих близких. Между тем, по данным Федеральной службы судебных приставов (ФСПП), объем претензий к ним растет. Если в 2021 году приставы взыскали более 888 миллиардов рублей, то в 2022 году сумма уже превысила триллион рублей, сообщается на сайте ведомства.
Как пояснил Артем Шейкин, поправки позволяют сделать поиск и получение информации об имущественном состоянии должника более эффективным «для последующего увеличения размера погашения требований кредиторов в процедурах банкротства». «Право на получение таких сведений уже предусмотрено действующей редакцией закона о банкротстве, но арбитражный управляющий должен обращаться в каждый государственный орган с отдельным запросом и не может получать информацию по системе межведомственного электронного взаимодействия», — пояснил сенатор.
Согласно законопроекту, арбитражные управляющие смогут обретать нужные сведения от различных государственных органов по принципу «одного окна» при обращении в рамках дел о банкротстве к налоговикам, которые, в свою очередь, получат информацию по электронным каналам связи от других госорганов.
Кроме того, законопроект содержит нормы, позволяющие арбитражному управляющему в процедурах банкротства запрашивать данные об имуществе не только самих должников, но и связанных с ними лиц. Принятие таких поправок, по мнению Артема Шейкина, «положительно повлияет на планирование и организацию арбитражным управляющим мероприятий в процедуре банкротства, направленных на включение в конкурсную массу активов должника».
ЦБ предрек рост инфляции еще в течение нескольких месяцев
Вместе с этим положительный эффект эти изменения будут иметь и в части снижения нагрузки на судебные органы, рассматривающие в настоящий момент многочисленные ходатайства арбитражных управляющих об истребовании сведений от государственных органов.
Также законопроект предлагает установить правила компенсации расходов, которые понес один из кредиторов при поиске имущества должника. В настоящее время такие нормы отсутствуют, хотя, по словам Шейкина, зачастую именно кредиторы успешны в обнаружении и возврате в конкурсную массу имущества должника, «в связи с чем стимулирование такой деятельности позволит повысить ее эффективность».
За сокрытие наказывать строже
Причем с технической точки зрения предложенная сенатором инициатива легко выполнима, считает финансовый аналитик Михаил Беляев. «При современных коммуникационных возможностях и способах учета различных сведений о тех или иных людях, которые, можно сказать, вообще не ограничены, включая и официальные источники, особенно если подключать определенные программы искусственного интеллекта, можно найти все абсолютно до копейки, причем в очень сжатые сроки без каких-либо трудозатрат», — пояснил эксперт «Парламентской газете».
Но тут, по словам Беляева, возникает вопрос воли и правовой основы. Если законопроект разрабатывается для того, чтобы заниматься должниками, то, по мнению эксперта, это неминуемо натолкнется на серьезное лоббистское сопротивление. «Потому что понятно, что это затрагивает людей, которые должны что-то в достаточно крупных размерах, а они имеют определенные лоббистские возможности для того, чтобы такого рода эти самые инициативы тормозились», — уточнил он.
Михаил Беляев добавил, что, поднимая такую щепетильную тему, следует иметь в виду, что правовое общество подразумевает и какие-то элементы справедливости, когда речь идет о фактах намеренного сокрытия имущества должником.
«Поэтому следует повысить ответственность таких лиц, если установят, что за три года до предполагаемого банкротства он переписал свои квартиры, машины, продал что-то, хотя права не имел. Хотя тут тоже юристы начнут крутить, а что было намеренное, а что было ненамеренное, а почему человек не может распоряжаться своим имуществом… Да потому не может, потому что он банкрот и должник. Тут уже такие общие рассуждения сиропные не годятся. Поэтому должно следовать еще какое-то достаточно жесткое дополнительное наказание за сокрытие такого рода имущества», — подчеркнул Михаил Беляев, присовокупив, что подобные деяния фактически граничат с мошенничеством, которое наносит материальный ущерб и людям, и государству.
