В случае блокады Ормузского пролива Иран может победить США, даже проиграв бой
13 июня Израиль начал военную операцию с целью уничтожения иранских ядерных объектов. Уже спустя несколько дней войны стало ясно, что Иран не может сопротивляться современной армии, и уж тем более он не выдержит прямого вступления США в войну. Однако у Исламской Республики остался последний и мощный козырь: перекрыть Ормузский пролив, через который идет почти пятая часть мирового нефтяного трафика. Это взвинтит цены на нефть, но одновременно заставит американский флот обрушиться на Иран всей мощью, чтобы обеспечить свободный проход судов. Но Иран может выиграть.
Безоговорочная капитуляция!
До начала войны считалось, что Иран обладает неплохими по региональным меркам вооруженными силами и мощной системой ПВО. Однако уже в первый день воздушной кампании Израиль завоевал полное господство в воздухе, опираясь на техническое превосходство, великолепную подготовку личного состава и тотальное проникновение «Моссад» в органы иранского гражданского и военного управления. В небе над Тегераном видели израильские дроны даже средь бела дня, а поскольку подобные цели очень уязвимы, то не сбили их по причине отсутствия средств, либо из опасения, что пуск зенитной ракеты приведет к немедленному ответному удару по позиции ЗРК.
По сути, Иран способен отвечать на израильские бомбардировки только ударами баллистических ракет по израильским городам. При залповом пуске десятков ракет некоторые из них прорывают ПВО, падая на объекты инфраструктуры и жилые дома. Тем не менее число жертв в Израиле пока не превысило 30 человек (по израильским официальным данным, с начала боевых действий в результате ракетных ударов Ирана погибли 24 человека, более 500 получили ранения), что намного меньше, чем хотелось бы иранскому командованию. С учетом того, что израильские ВВС активно охотятся за пусковыми установками и уничтожают их, со временем возможности Ирана по залповому пуску ракет сокращаются.
Если же к ударам по Ирану присоединятся США, ситуация для него превратится из ужасной в безнадежную. Американский президент Дональд Трамп прямо требует от Тегерана «безоговорочной капитуляции», а в западных изданиях регулярно появляются материалы о том, что ВВС США готовят удары по иранскому комплексу обогащения урана в Фордо.
Но оказавшись в безнадежной ситуации, Иран может решиться на последний шаг: ударить по тому, что так любит Трамп — по кошельку. У берегов Ирана расположен Ормузский пролив, соединяющий Оманский залив с Персидским, достигающий в самой узкой точке ширины в 33 км. Через него проходят нефтяные танкеры, перевозя в среднем 18 млн баррелей, около 20% мирового потребления нефти. Эксперты считают, что блокада этого пролива может поднять цены на нефть до $100 за баррель и выше, что нанесет большой экономический ущерб как западным странам, так и Китаю с Индией.
Однако в том, есть ли у Ирана физическая возможность выполнить свою угрозу, есть большие сомнения.
Морского боя не будет
Незадолго до Исламской революции шах Пехлеви начал масштабную программу модернизации флота. В том числе он заказал в США постройку четырех эсминцев типа Kidd — с точки зрения средств ПВО они мощнее всех прошлых американских эсминцев. Если бы их успели поставить до революции, как и немецкие подводные лодки типа 209, Иран получил бы с большим отрывом самый лучший флот в регионе, превзойдя даже Индию и Пакистан. Но к власти пришел аятолла Рухолла Хомейни, сделки разорвали, и Иран остался с куда более скромными возможностями.
Флот Ирана состоит из двух частей: как таковых Военно-морских сил (ВМС) и ВМС Корпуса стражей исламской революции (КСИР).
В ВМС Ирана числятся семь фрегатов и семь корветов. Самыми новыми и мощными считаются фрегаты типа Moudge, построенные Ираном в начале XXI века в количестве пяти штук. По водоизмещению они, правда, ближе к корветам, но по заявленным характеристикам напоминают современные корабли.
Для защиты от воздушных угроз на них размещен обзорный радар с фазированной антенной решеткой и зенитные ракеты Mehrab среднего радиуса действий — на некоторых кораблях может быть установлен другой комплекс, но все они так или иначе напоминают американские ракеты RIM-66 SM-1/2. Для непосредственной защиты корабля используются нелицензионные копии итальянской 76-мм пушки OTO-Melara и советской 30-мм АК-630. Для атаки вражеских кораблей на Moudge устанавливают восемь ПКР Qader (копии китайского клона американской Harpoon) и 324-мм аппараты для запуска легких торпед. Также на палубе есть площадка для посадки противолодочного вертолета, но неясно, есть ли ангар для его базирования.
Остальные фрегаты и корветы можно для простоты считать более старыми и урезанными аналогами Moudge.
Если принять эти параметры за чистую монету, и все разработанные в Иране системы действительно работают, то даже в этом случае у надводного флота страны нет ни единого шанса выстоять в прямом бою с американским при попытке перекрыть пролив. Одни лишь палубные самолеты, базирующиеся на находящемся у берегов Омана авианосце Carl Vinson, способны выпустить в залпе десятки противокорабельных ракет (ПКР) с разных направлений, гарантированно преодолевая иранские системы ПВО.
Не помогут в открытом море и три иранские дизель-электрические субмарины (ДЭРЛ) проекта 877 «Палтус» («Варшавянка») советской постройки. Даже если предположить, что в иранском флоте есть какой-то ас-подводник, способный провести устаревшую ДЭПЛ в центр неподвижной авианосной ударной группы и избежать обнаружения, то дизельная субмарина просто не догонит постоянно маневрирующие в боевых условиях корабли из-за слишком малой скорости.
Но Иран, скорее всего, и не собирается вступать в прямой бой с США. Ему придется применять другую стратегию блокады — не регламентированную правилами морской войны, в ходе которой надводные суда преграждают путь транспортам и арестовывают их, а партизанскую.
Партизанская война
Для осуществления этой стратегии существуют четыре основных средства: мины, быстроходные катера, подводные лодки и береговые ПКР. Морские мины — это самый простой способ помешать противнику пройти через участок моря. Разновидностей их существует бесчисленное множество: дрейфующие, якорные и донные; простые, которых корабль должен коснуться, и сложные, похожие на спящие на дне торпеды; те, которыми засеивают море во время войны, и те, которые ставят на дно заранее, чтобы они всплыли и взорвались по команде. Общее у них одно: там, где стоят мины, корабли не могут ходить, пока чей-либо флот их не снимет. Устанавливать же их можно с быстроходных катеров, куда менее уязвимых, чем крупные корабли, а также с подводных лодок.
Подлодки могут выступать другим компонентом блокады, не только ставя мины, но и атакуя суда торпедами и ракетами. Помимо трех «Варшавянок», иранский флот имеет на вооружении 15 мини-субмарин Ghadir водоизмещением всего 125 тонн. Они крайне тихоходны (не более 8 узлов) и имеют всего два торпедных аппарата, но специально приспособлены к условиям мелкого Персидского залива и могут лежать в засаде на дне. По оценке западных специалистов, обнаружить эти подлодки в таком положении очень сложно, а их огневой мощи достаточно, чтобы потопить корабль.
Быстроходные ракетные катера и моторные лодки, в большом количестве имеющиеся на вооружении КСИР, могут как сами атаковать суда, так и заниматься разведкой для других средств поражения. С теми же целями могут применяться разнообразные безэкипажные катера — иранские военные наверняка следят за ходом конфликта на Украине и знают, сколь опасными они могут быть.
В итоге для того, чтобы тралить мины, искать подводные лодки и отбивать атаки катеров, американским кораблям придется физически зайти в Персидский залив и Ормуз, чтобы эскортировать конвои судов. В этот момент они станут уязвимы для береговых ПКР, установки для пуска которых можно спрятать в прибрежных горах и применять залпом. Известно, что в 2024 году во время американской операции против хуситов американскому эсминцу Gravely Tuesday пришлось задействовать пушечную установку Phalanx, чтобы уничтожить выпущенную боевиками ракету иранского производства. Phalanx — это последняя линия обороны, и ответа, как одна из ракет смогла преодолеть предыдущие линии, американские моряки не дали.
Поэтому проход Ормузского пролива не будет легкой прогулкой даже для эсминцев с системой Aegis, специально разработанной для защиты от больших залпов советских ПКР.
Возможная стратегическая победа Ирана
Американские вооруженные силы критикуют за разное, но среди приписываемых им недугов едва ли можно встретить склонность к ожиданию легкой прогулки: что враг не решится сопротивляться или вовсе сдастся. Военные кампании против Ирака, Сирии, Ливии и других небольших стран всегда планировались с большой тщательностью, с учетом худших сценариев. О возможностях иранского флота в американских штабах знают куда больше, чем можно найти в открытых источниках, а операции по обеспечению безопасности Ормузского пролива регулярно отрабатывались на учениях как минимум с 1980-х годов.
Главная сила флота США — это палубные самолеты. На борту авианосца Carl Vinson, помимо более старых моделей, базируются истребители-бомбардировщики пятого поколения F-35C, флотская модификация имеющихся у Израиля F-35A(I), с помощью которых они уничтожили иранскую противовоздушную оборону. Логично ожидать, что ВВС США с помощью морской авиации добьются такого же господства в воздухе, какого добился Израиль в небе над северо-западным Ираном, только с авианосца лететь придется меньше. А если морская авиация господствует в воздухе, то она начинает активно искать вражеские надводные суда и уничтожать их ракетами, даже не входя в зону действия их ЗРК.
Быстроходные катера из-за их малых габаритов (и радарного отклика) обнаружить сложнее, но с учетом того, что иранская авиация практических уничтожена, ВС США смогут бросить на поиски катеров БПЛА вроде MQ-9 Reaper, обычно крайне уязвимых. Им придется базироваться на земле в одной из арабских стран — в целом, там же могут базироваться и самолеты ВВС, но располагать так крупные силы опасно из-за возможного удара баллистических ракет. Непосредственную защиту кораблей от безэкипажных катеров могут осуществлять вертолеты, базирующиеся на эскортных фрегатах, корветах и эсминцах.
Масштабной атаке, очевидно, подвергнутся и корабли в иранских портах, и береговая инфраструктура, штабы, склады топлива и боеприпасов, — словом, все, что и составляет флот. В 1988 году ВС США в качестве ответа на постановку Ираном мин в Ормузе провели операцию Praying Mantis, в ходе которой захватили и уничтожили морские нефтяные платформы, использовавшиеся в качестве наблюдательных пунктов. Сейчас же, если Иран объявит блокаду официально, разумно ожидать, что с теми же целями десанты будут высажены и на принадлежащие Ирану острова в заливе. Лишенные авиации и наблюдательных постов, ВС Ирана едва ли смогут понять, где именно находятся американские корабли или нефтяные танкеры, по которым можно запустить ПКР, — не говоря уже о том, что за их пусковыми установками будут охотиться так же, как ВВС Израиля охотятся за пусковыми установками баллистических ракет.
С минами и подводными лодками проблем может быть больше. Поиски субмарин ведутся с помощью кораблей с установленными сонарами: либо по собственному шуму лодок, либо эхолокатором. Вдобавок вертолеты, самолеты и дроны разбрасывают в море гидроакустические буи — по сути, плавающие одноразовые микрофоны, которые закрывают зоны, где нет кораблей. Все эти способы плохо работают против лежащих на дне маленьких субмарин, которые превращаются, лежа в засаде, в специфическую и очень опасную мину.
Однако в последние десятилетия работа тральщиков сильно упростилась по сравнению с эпохой Холодной войны за счет массового внедрения морских дронов. Они ведут и поиск, и уничтожение мин с помощью эхолокаторов и камер, управляясь по проводам с корабля-носителя без риска для людей. Заметить они могут и притаившуюся мини-субмарину. Однако даже если бы этих средств не было, то в любые времена тральщики, если им предоставить свободу действий, могли за не самый большой срок расчистить в море коридор для прохода кораблей.
Но даже если иранский флот проиграет борьбу на море очень быстро, а разминирование будет идти идеально, стратегическая задача Ирана будет частично выполнена. Даже сам факт наличия угрозы способен поднять цену морских перевозок, в том числе за счет роста цены страховки. Например, именно поэтому во время атак хуситов проход судов через Красное море сократился примерно на 90%, хотя захватили или повредили лишь мизерную часть торгового флота.
Но Ормузский пролив обойти нельзя, и потому начало боевых действий в нем неизбежно повысит цены на нефть. Вопрос в том, будет ли это повышение достаточно болезненным для США, и продержится ли Иран достаточно долго, чтобы эффект успел сказаться.
Эскалация между Ираном и Израилем Что думаешь? Комментарии
